Казачьему роду нет переводу: история образования Кисловодской станицы

Первые казаки появились на Кавминводах в XVI веке, когда на Северном Кавказе расселялись ватаги «гребенцов». Волжские (волгские) казаки имели непосредственное отношение к включению Предкавказья в состав России и активно участвовали в событиях русско-турецкой войны 1768-1774 гг. на Северном Кавказе и, в том числе, в районе будущего Кисловодска, под командованием известного полковника, а позднее — генерала И. Д. Савельева. Казаки Хоперского полка и Волгского войска вместе с солдатами регулярной армии осуществляли работы по строительству укреплений Азово-Моздокской (Кавказской) оборонительной линии в 1777 году и в последующий период.

Предыстория Кисловодской казачьей станицы началась с первого появления казаков близ нарзана. После окончания русско-турецкой войны (1768-1774 гг.) они несли здесь «государеву службу», охраняя южные рубежи и сопровождая посетителей Кислого колодца. Так, в сопровождении конвоев из казаков, к Кислому колодцу приезжали в 1784 году Я. Рейннегс, П. С. Паллас и другие. Сотни казаков находились летом 1798 года в окружении генерал-лейтенанта И. И. Моркова и обеспечивали проведение первого российского курортного сезона в районе Кисловодска.

Параллельно со строительством Кисловодской крепости в 1803 году, сооружался и пост на Казачьей горе, на котором затем в течение длительного периода несли службу донские казаки. Казачьи подразделения были размещены на постах и пикетах в окрестностях курорта и вдоль дороги с Горячих Вод, по которой к нарзану приезжали лечиться и отдыхающие. Казачьи подразделения вместе с солдатами постоянно охраняли курорт.

Когда в начале 1820-х годов генералом Ермоловым была образована Кисловодская кордонная линия в составе центра Кавказской линии, казаки составляли значительную часть ее военных сил.

По указанию легендарного генерала Алексея Петровича Ермолова, известного как «великий преобразователь дикого Кавказа», в 1825 году в четырех верстах от источника была основана станица волгских казаков. В 1832 году она была причислена к Кавказскому линейному войску, в 1860 году, вместе с левым флангом линии, отнесена к Терскому казачьему войску, а с 1860-х годов административно вошла в состав Георгиевского округа и позже — Пятигорского отдела Терской области.

Один из её постов располагался на возвышенности над источником минеральной воды, которую называли богатырской.

Дозорная вышка — бекет, сплетённая из ивняка и крытая камышом, возвышалась высоко на жердях. С рассвета и до заката, а затем снова в ночную пору, зоркий казак на страже всматривался вдаль, оберегая свои земли.

Нет сомнения в том, что эта станица и ее жители сыграли важную роль в становлении кисловодского курорта и поселения при нем.

Кто же они, казаки?

Само слово «казак» имеет тюркские корни и переводится как «сторожевой воин» или «свободный человек». По меткому выражению Александра Суворова, казак — это «глаза и уши армии», способные чувствовать опасность за многие километры.

О первых поселенцах в Кисловодской станице и укладе их жизни рассказывает директор Кисловодского историко-краеведческого музея «Крепость» Сергей Лузин:

— Среди казаков царило полное равноправие. Созывали казачий круг, решали всем миром, как жить. Выбирали атамана. «Любо!» — кричали они, голосуя за самого смелого, бесстрашного и уважаемого казака. На казачьей сходке чествовали особо отличившихся казаков, умелых воинов, жаловали им грамоты «За честную царскую службу». А помощник атамана, кошевой, перед строем подносил герою серебряную чарку с вином.

Здесь же на казачьей сходке учили провинившихся, нарушивших славный обычай глубокого почитания старших. Если сын смел возвысить голос на отца, мать, тут же следовало наказание — били плетьми по числу прожитых годов. Слово старшего в семье — закон для молодых казаков и казачек. Даже при выборе суженого или возлюбленной молодые не могли ослушаться совета старших. Казачьи семьи многочисленны.

Свадьбы игрались пышные, торжественные. Казачки были верными жёнами — работящие, крепкие и выносливые. А на любовь жадные, пылкие да горячие. Отличаясь зачастую крутым нравом, они верховодили в семье. Потому и звалась она гордой казачкой, велик был груз ответственности за всё казачество, лежавший на её плечах. И носила она его с достоинством.

От всех прочих казак отличался не только военно-трудовым укладом жизни, но и одеждой. Долго думать над цветами и покроем формы терцев не пришлось. Покрой одежды заимствовали у горцев, а цвета рядом — синие да белые горы, серые скалы, тёмные дубравы, серебро рек. Потому форма терских казаков была такова: серого каракуля шапка с синим верхом и белым галуном, чёрная, как ночь, бурка, серая черкеска, синий бешмет и синий башлык. Шапка — папаха у казака имела особый смысл. Казак в шапке — полноправный казак.

При возвращении с войны или службы казаки приносили шапки в дар родовым рекам, бросая их в волны. За отворот папахи они клали особо ценные бумаги и приказы. Надёжнее места не было, ведь потерять папаху казак мог только с головой.

Неотъемлемой частью жизни казака был, конечно же, конь. Молодому казачку дарили резвого жеребёнка, который теперь по праву являлся незаменимым членом семьи. И с этой минуты их жизни были неразделимы. Казаки горных войск — кубанцы и терцы — ездили на конях горских пород, среди которых особенно ценились лошади кабардинской породы. Кони делили судьбу казаков: последние при параде и награде, но первые в бою! Конь казаку — отец родной; да и то, отец даёт жизнь один раз, а конь сто раз жизнь спасает!

Кто же они, казаки?

Само слово «казак» имеет тюркские корни и переводится как «сторожевой воин» или «свободный человек». По меткому выражению Александра Суворова, казак — это «глаза и уши армии», способные чувствовать опасность за многие километры.

О первых поселенцах в Кисловодской станице и укладе их жизни рассказывает директор Кисловодского историко-краеведческого музея «Крепость» Сергей Лузин:

— Среди казаков царило полное равноправие. Созывали казачий круг, решали всем миром, как жить. Выбирали атамана. «Любо!» — кричали они, голосуя за самого смелого, бесстрашного и уважаемого казака. На казачьей сходке чествовали особо отличившихся казаков, умелых воинов, жаловали им грамоты «За честную царскую службу». А помощник атамана, кошевой, перед строем подносил герою серебряную чарку с вином.

Здесь же на казачьей сходке учили провинившихся, нарушивших славный обычай глубокого почитания старших. Если сын смел возвысить голос на отца, мать, тут же следовало наказание — били плетьми по числу прожитых годов. Слово старшего в семье — закон для молодых казаков и казачек. Даже при выборе суженого или возлюбленной молодые не могли ослушаться совета старших. Казачьи семьи многочисленны.

Свадьбы игрались пышные, торжественные. Казачки были верными жёнами — работящие, крепкие и выносливые. А на любовь жадные, пылкие да горячие. Отличаясь зачастую крутым нравом, они верховодили в семье. Потому и звалась она гордой казачкой, велик был груз ответственности за всё казачество, лежавший на её плечах. И носила она его с достоинством.

От всех прочих казак отличался не только военно-трудовым укладом жизни, но и одеждой. Долго думать над цветами и покроем формы терцев не пришлось. Покрой одежды заимствовали у горцев, а цвета рядом — синие да белые горы, серые скалы, тёмные дубравы, серебро рек. Потому форма терских казаков была такова: серого каракуля шапка с синим верхом и белым галуном, чёрная, как ночь, бурка, серая черкеска, синий бешмет и синий башлык. Шапка — папаха у казака имела особый смысл. Казак в шапке — полноправный казак.

При возвращении с войны или службы казаки приносили шапки в дар родовым рекам, бросая их в волны. За отворот папахи они клали особо ценные бумаги и приказы. Надёжнее места не было, ведь потерять папаху казак мог только с головой.

Неотъемлемой частью жизни казака был, конечно же, конь. Молодому казачку дарили резвого жеребёнка, который теперь по праву являлся незаменимым членом семьи. И с этой минуты их жизни были неразделимы. Казаки горных войск — кубанцы и терцы — ездили на конях горских пород, среди которых особенно ценились лошади кабардинской породы. Кони делили судьбу казаков: последние при параде и награде, но первые в бою! Конь казаку — отец родной; да и то, отец даёт жизнь один раз, а конь сто раз жизнь спасает!

Казаки — люди бывалые и остроумные, они разговорчивы и добродушны. Казак мог пить сколько угодно, но не имел права напиваться допьяна. Любили казаки поплясать да повеселиться, а пели так, что деревья роняли листья, воины опускали оружие. Да и до работы казаки были дюже охочи. Занимались скотоводством, хлебопашеством. Местные казаки снабжали курорт продуктами, свежими овощами, сочными фруктами, шерстью. Прямо на дому, в казачьих хатах, взбивалось пахучее масло в деревянных маслобойках; на ручных каменных мельницах-жерновах мололи зерно на муку, выпекали пышные, румяные хлеба. Долгими зимними вечерами на посиделках чесали шерсть с помощью больших деревянных гребней-чесалок, потом пряли её, быстро и умело вращая колесо прялки-самопряхи.

В истории казачества, увы, немало горьких, трагических страниц. Пламя великих революционных преобразований 1917 года прокатилось и по казачьим станицам, разделило их на «белых» и «красных». Разразившаяся братоубийственная Гражданская война унесла миллионы жизней лучших сынов и дочерей казачьего племени.

В 20-е годы прошлого века в станицах почти не осталось стариков. От прежнего мужественного, стойкого народа сохранилось не более десятой части. В 30-е годы прокатилась новая волна расказачивания, жестоких репрессивных мер против ни в чём не повинных казачьих семей.

В глухом заброшенном погосте,

В далёких и чужих краях, Белеют человеческие кости,

Да свищет ветер в ковылях.

Сюда, из Дона и Кубани

В теплушках мёрзлых,

словно скот,

Людей загнали в глухомани,

В тот 33-й страшный год.

В суровые годы Великой Отечественной войны мужское население казачьей станицы в первых рядах отправилось на защиту Отечества.

11 апреля 1942 года, после долгих и настойчивых просьб, на фронт отправились сразу 70 девушек, недавних выпускниц станичной школы № 7. Им было всего по 18-19 лет. Все они храбро и честно служили в 485-м зенитно-артиллерийском полку ПВО.

Не остались в стороне от патриотических акций юные жители станицы Кисловодской. В 1944 году на имя директора школы № 7 станицы Кисловодской Михаила Степановича Дрынкина поступила правительственная телеграмма: «Прошу передать учащимся и учителям средней школы № 7 станицы Кисловодской, собравшим 10 тысяч рублей на строительство танковой колонны, мой горячий привет и благодарность Красной Армии. Иосиф Сталин».

Станичный совет и исполнительный комитет продолжали действовать до 29 мая 1958 года, когда по Указу Президиума Верховного Совета РСФСР станица Кисловодская была включена в черту города.

В лихие 90-е вдруг повеял ветер перемен. Казачьи племена стали возрождаться на Дону, Кубани, Урале, Тереке, на Подкумке. 8 ноября 1990 года состоялся сход казаков Кисловодска и было принято решение о воссоздании казачьего общественного управления.

Сегодня в Кисловодске проживает в общей сложности около трёх тысяч потомственных казаков.

Фото: из архива музея «Крепость», казачий бекет и станица Кисловодская