На днях исполнилось 135 лет со дня рождения великого композитора XX века Сергея Сергеевича Прокофьева, который очень любил Кисловодск. Он много раз приезжал на курорт: лечился, сочинял сонаты, кантаты и, как выдающийся пианист, давал концерты.
Кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник отдела Государственного музея истории российской литературы — ИКЦ «Музей А. И. Солженицына в г. Кисловодске» Вячеслав Сергеевич Яновский согласился рассказать читателям «Кисловодской газеты» об интересных фактах пребывания великого композитора на курорте.
— Когда и почему Вы взялись изучать жизнь и деятельность Сергея Сергеевича Прокофьева на Кавказских Минеральных Водах?
— Поскольку я уже больше четверти века, со школьных лет, увлекаюсь краеведением, мне интересно всё, что связано с историей города Кисловодска. В частности, с пребыванием на курорте выдающихся людей. Я даже создал для себя картотеку «Знаменитые люди, которые в разные годы бывали в Кисловодске». В ней уже около 700 имён.
Кисловодск — это город классической музыки. Сюда, начиная со времён Михаила Ивановича Глинки, который посетил наш курорт в 1823 году, приезжали многие выдающиеся композиторы, дирижёры и пианисты.
Среди них и музыкант всемирного масштаба — Сергей Сергеевич Прокофьев.
Когда я стал погружаться в материал, то первым делом обратился к замечательной книге Евгении Борисовны Польской и Бориса Матвеевича Розенфельда «Дорогие адреса», которая была издана ещё в 1974 году. В ней я нашёл интересные сведения о Сергее Сергеевиче Прокофьеве, который много раз бывал в Кисловодске и очень его любил.
Затем я обнаружил в сети Интернет выложенный в свободный доступ двухтомник дневников Прокофьева. Их в 2002 году опубликовал в Париже его старший сын Святослав Сергеевич.
Эти дневники пролили свет на многие, прежде неизвестные факты пребывания Прокофьева в Кисловодске.
— Когда Прокофьев впервые посетил Кавказские Минеральные Воды?
— Сын управляющего имением Сонцовка в Екатеринославской губернии Серёжа Прокофьев с раннего детства проявлял недюжинные музыкальные способности. В девять лет он сочинил свою первую оперу «Великан» и несколько мелких сочинений. Его мама души не чаяла в сыне-вундеркинде и очень переживала по поводу его слабого здоровья. Она стала возить Серёжу в Ессентуки, Кисловодск и на зарубежные курорты. Если верить дневникам композитора, то он впервые приехал на Кавказские Минеральные Воды в августе 1909 года. Тогда он остановился с матерью в Ессентуках, откуда ездил на прогулки по другим нашим курортам. В дневнике записано: «Это первый раз, как я попал в курортное место. Толпы нарядной публики, гуляющей целый день в парке, производили на меня приятное впечатление. Приятно было смотреть на красивых дам, изящно одетых кавалеров, в то же время чувствовалось, что сам тоже хорошо одет, тоже джентльмен, тоже не из числа последних».
Из книги «Дорогие адреса» мы знаем, что в 1911 году 20-летний Сергей Прокофьев уже сам приехал в Кисловодск и поселился на даче купеческой четы Ушаковых (ныне известной как «Дача Шаляпина»). Спустя шесть лет там останавливался Фёдор Шаляпин.
Сергей Прокофьев был в Кисловодске и в 1912 году. Тогда он встретился здесь с известным композитором Сергеем Ивановичем Танеевым, который знал Серёжу Прокофьева ещё ребёнком и преподавал ему азы музыкальной композиции. Прокофьев переехал из Ессентуков в кисловодский Гранд-отель (ныне первый корпус санатория «Нарзан»).
В августе того же 1912 года Сергей Сергеевич закончил в Кисловодске Вторую сонату для фортепиано. И сам же её с блеском исполнил.
В 1913 году мать увезла Сергея Прокофьева лечиться на французский курорт Руайя. Ему там очень не понравилось. В своём дневнике Сергей Сергеевич записал: «Утром пошёл гулять. «Парк» величиной в полдесятины. Едва шагнёшь, как уже конец. Я привык к Кисловодску, Ессентукам, а это дыра, дыра и дыра! Сказал маме, что недели две здесь проживу, но, сохрани Бог, не больше».
Начиная с 1914 года, Сергей Прокофьев неоднократно приезжал в Кисловодск не для поправки здоровья, а чтобы увидеться со своей первой серьёзной любовью — Ниной Мещерской. Каждый сезон она с родителями и сестрой отдыхала здесь на даче Цветкова, которую впоследствии превратили в один из корпусов санатория «Красный Октябрь» на улице Герцена.
Семья крупного промышленника Мещерского была очень близка с семьёй Вышнеградских. А Варвара Вышнеградская вышла замуж за Василия Ильича Сафонова. Таким образом Прокофьев познакомился в Кисловодске с Сафоновым, которого наравне с Рахманиновым считал лучшим русским дирижёром. (Спустя несколько лет — в 1918 году – Прокофьев присутствовал на похоронах Василия Ильича Сафонова в Кисловодске).
В июле 1914 года Сергей Сергеевич записал в дневнике: «Первую неделю пребывания в Кисловодске я решил отдохнуть от занятий и наслаждался бездельем. Центральным моим занятием была игра в шахматы в парке». Любовь к шахматам композитор сохранял всю свою жизнь.
В своём дневнике Сергей Сергеевич с усмешкой вспоминал о благотворительном концерте в августе 1914 года в Кисловодске: «В день концерта на даче Мещерских царила толкотня: приехали глупенькие девочки из Пятигорска (балерины). Я мерил фраки, так как мой остался в Санкт-Петербурге. Девицы Мещерские волновались, что не будет публики… Нина зашла в мою комнату осмотреть, хорошо ли я оделся, поправила галстук и сказала, что я мил…
Я вышел играть Первую Сонату на специально для меня привезённом из Минеральных Вод «Стейнвее». Но, о ужас, на струнах лежало что-то металлическое, которое перекатывалось из одного конца рояля в другой и отчаянно дребезжало. Только соображение, что публике это не так слышно, как мне, дало мне силы доиграть Сонату… Затем служитель извлёк из рояля настоящий винт, и я стал играть «Гавот», скерцо из Второй Сонаты и этюд №4. Мне хлопали, и я раза два кланялся... В Кисловодске нашёлся мой поклонник, который знает все мои сочинения. Он приходил за кулисы и выражал радость от знакомства со мной».
— Как Октябрьский военный переворот 1917 года отразился на судьбе композитора‑авангардиста Сергея Прокофьева?
— В 1917 году и в начале 1918-го Сергей Сергеевич Прокофьев провёл в Ессентуках и в Кисловодске в общей сложности около десяти месяцев. Он просто не мог отсюда уехать, потому что в конце 1917 года железнодорожное сообщение Кавказских Минеральных Вод с центром России полностью разрушилось. Поезда ходили только до Армавира.
На Кавминводах Прокофьев в это время работал над несколькими сочинениями. Приезжая из Ессентуков в Кисловодск прогуляться, он встречался с известным поэтом Бальмонтом, который обожал произведения Прокофьева. На слова Константина Дмитриевича Сергей Сергеевич написал кантату «Семеро их». Это стихотворный перевод найденного в Месопотамии «Аккадийского заклинания», в котором речь идёт про семерых злых демонов, которые несут несчастья человечеству.
Прокофьев был перфекционистом. Он, как и Рахманинов, часто оставался недоволен тем, что сделал. Поэтому много раз дорабатывал свои произведения. Премьера кантаты, которую он написал в Кисловодске в 1917 году, состоялась только в мае 1924 года в Париже в присутствии Прокофьева и Бальмонта. В Советском Союзе кантату «Семеро их» при жизни Прокофьева не исполняли.
27 февраля 1918 года Прокофьев присутствовал на похоронах Василия Ильича Сафонова. В дневнике от 1 марта 1918 года Сергей Сергеевич записал: «Похороны Сафонова. Получил от Совета рабочих депутатов документ на облегчённый проезд».
Спустя два месяца Сергей Сергеевич Прокофьев надолго уехал из Советской России. Причём, сделал это кружным путём: через всю страну поездом добрался до Владивостока. Оттуда, с разрешения местных властей, отплыл в Японию. Там два месяца ждал визу на въезд в США.
Прокофьев был хорошо знаком с семьёй знаменитого кисловодского архитектора Эммануила Ходжаева. В своём дневнике он записал: «В Америке я всегда с большим удовольствием вспоминал двух сестёр Ходжаевых, моих приятельниц по Кисловодску, и даже писал им открытки, которые, к удивлению, дошли». Старшая сестра Люси жила во Франции, а Елизавета — в СССР.
В 1943 году Елизавету Эммануиловну арестовали. Возможно, ей припомнили открытки от Прокофьева из Америки и от сестры из Франции. От невыносимых условий она скончалась в карагандинском лагере в 1947 году.
В Нью-Йорке Сергей Прокофьев познакомился со своей будущей первой женой — певицей испанского происхождения Линой Кодиной. У них были сложные отношения. Но беременность Лины Кодины вынудила Прокофьева жениться.
Брак они зарегистрировали в Германии, а жили, в основном, в Париже. Там родились их первенец Святослав и второй сын Олег.
— Поскольку я уже больше четверти века, со школьных лет, увлекаюсь краеведением, мне интересно всё, что связано с историей города Кисловодска. В частности, с пребыванием на курорте выдающихся людей. Я даже создал для себя картотеку «Знаменитые люди, которые в разные годы бывали в Кисловодске». В ней уже около 700 имён.
Кисловодск — это город классической музыки. Сюда, начиная со времён Михаила Ивановича Глинки, который посетил наш курорт в 1823 году, приезжали многие выдающиеся композиторы, дирижёры и пианисты.
Среди них и музыкант всемирного масштаба — Сергей Сергеевич Прокофьев.
Когда я стал погружаться в материал, то первым делом обратился к замечательной книге Евгении Борисовны Польской и Бориса Матвеевича Розенфельда «Дорогие адреса», которая была издана ещё в 1974 году. В ней я нашёл интересные сведения о Сергее Сергеевиче Прокофьеве, который много раз бывал в Кисловодске и очень его любил.
Затем я обнаружил в сети Интернет выложенный в свободный доступ двухтомник дневников Прокофьева. Их в 2002 году опубликовал в Париже его старший сын Святослав Сергеевич.
Эти дневники пролили свет на многие, прежде неизвестные факты пребывания Прокофьева в Кисловодске.
— Когда Прокофьев впервые посетил Кавказские Минеральные Воды?
— Сын управляющего имением Сонцовка в Екатеринославской губернии Серёжа Прокофьев с раннего детства проявлял недюжинные музыкальные способности. В девять лет он сочинил свою первую оперу «Великан» и несколько мелких сочинений. Его мама души не чаяла в сыне-вундеркинде и очень переживала по поводу его слабого здоровья. Она стала возить Серёжу в Ессентуки, Кисловодск и на зарубежные курорты. Если верить дневникам композитора, то он впервые приехал на Кавказские Минеральные Воды в августе 1909 года. Тогда он остановился с матерью в Ессентуках, откуда ездил на прогулки по другим нашим курортам. В дневнике записано: «Это первый раз, как я попал в курортное место. Толпы нарядной публики, гуляющей целый день в парке, производили на меня приятное впечатление. Приятно было смотреть на красивых дам, изящно одетых кавалеров, в то же время чувствовалось, что сам тоже хорошо одет, тоже джентльмен, тоже не из числа последних».
Из книги «Дорогие адреса» мы знаем, что в 1911 году 20-летний Сергей Прокофьев уже сам приехал в Кисловодск и поселился на даче купеческой четы Ушаковых (ныне известной как «Дача Шаляпина»). Спустя шесть лет там останавливался Фёдор Шаляпин.
Сергей Прокофьев был в Кисловодске и в 1912 году. Тогда он встретился здесь с известным композитором Сергеем Ивановичем Танеевым, который знал Серёжу Прокофьева ещё ребёнком и преподавал ему азы музыкальной композиции. Прокофьев переехал из Ессентуков в кисловодский Гранд-отель (ныне первый корпус санатория «Нарзан»).
В августе того же 1912 года Сергей Сергеевич закончил в Кисловодске Вторую сонату для фортепиано. И сам же её с блеском исполнил.
В 1913 году мать увезла Сергея Прокофьева лечиться на французский курорт Руайя. Ему там очень не понравилось. В своём дневнике Сергей Сергеевич записал: «Утром пошёл гулять. «Парк» величиной в полдесятины. Едва шагнёшь, как уже конец. Я привык к Кисловодску, Ессентукам, а это дыра, дыра и дыра! Сказал маме, что недели две здесь проживу, но, сохрани Бог, не больше».
Начиная с 1914 года, Сергей Прокофьев неоднократно приезжал в Кисловодск не для поправки здоровья, а чтобы увидеться со своей первой серьёзной любовью — Ниной Мещерской. Каждый сезон она с родителями и сестрой отдыхала здесь на даче Цветкова, которую впоследствии превратили в один из корпусов санатория «Красный Октябрь» на улице Герцена.
Семья крупного промышленника Мещерского была очень близка с семьёй Вышнеградских. А Варвара Вышнеградская вышла замуж за Василия Ильича Сафонова. Таким образом Прокофьев познакомился в Кисловодске с Сафоновым, которого наравне с Рахманиновым считал лучшим русским дирижёром. (Спустя несколько лет — в 1918 году – Прокофьев присутствовал на похоронах Василия Ильича Сафонова в Кисловодске).
В июле 1914 года Сергей Сергеевич записал в дневнике: «Первую неделю пребывания в Кисловодске я решил отдохнуть от занятий и наслаждался бездельем. Центральным моим занятием была игра в шахматы в парке». Любовь к шахматам композитор сохранял всю свою жизнь.
В своём дневнике Сергей Сергеевич с усмешкой вспоминал о благотворительном концерте в августе 1914 года в Кисловодске: «В день концерта на даче Мещерских царила толкотня: приехали глупенькие девочки из Пятигорска (балерины). Я мерил фраки, так как мой остался в Санкт-Петербурге. Девицы Мещерские волновались, что не будет публики… Нина зашла в мою комнату осмотреть, хорошо ли я оделся, поправила галстук и сказала, что я мил…
Я вышел играть Первую Сонату на специально для меня привезённом из Минеральных Вод «Стейнвее». Но, о ужас, на струнах лежало что-то металлическое, которое перекатывалось из одного конца рояля в другой и отчаянно дребезжало. Только соображение, что публике это не так слышно, как мне, дало мне силы доиграть Сонату… Затем служитель извлёк из рояля настоящий винт, и я стал играть «Гавот», скерцо из Второй Сонаты и этюд №4. Мне хлопали, и я раза два кланялся... В Кисловодске нашёлся мой поклонник, который знает все мои сочинения. Он приходил за кулисы и выражал радость от знакомства со мной».
— Как Октябрьский военный переворот 1917 года отразился на судьбе композитора‑авангардиста Сергея Прокофьева?
— В 1917 году и в начале 1918-го Сергей Сергеевич Прокофьев провёл в Ессентуках и в Кисловодске в общей сложности около десяти месяцев. Он просто не мог отсюда уехать, потому что в конце 1917 года железнодорожное сообщение Кавказских Минеральных Вод с центром России полностью разрушилось. Поезда ходили только до Армавира.
На Кавминводах Прокофьев в это время работал над несколькими сочинениями. Приезжая из Ессентуков в Кисловодск прогуляться, он встречался с известным поэтом Бальмонтом, который обожал произведения Прокофьева. На слова Константина Дмитриевича Сергей Сергеевич написал кантату «Семеро их». Это стихотворный перевод найденного в Месопотамии «Аккадийского заклинания», в котором речь идёт про семерых злых демонов, которые несут несчастья человечеству.
Прокофьев был перфекционистом. Он, как и Рахманинов, часто оставался недоволен тем, что сделал. Поэтому много раз дорабатывал свои произведения. Премьера кантаты, которую он написал в Кисловодске в 1917 году, состоялась только в мае 1924 года в Париже в присутствии Прокофьева и Бальмонта. В Советском Союзе кантату «Семеро их» при жизни Прокофьева не исполняли.
27 февраля 1918 года Прокофьев присутствовал на похоронах Василия Ильича Сафонова. В дневнике от 1 марта 1918 года Сергей Сергеевич записал: «Похороны Сафонова. Получил от Совета рабочих депутатов документ на облегчённый проезд».
Спустя два месяца Сергей Сергеевич Прокофьев надолго уехал из Советской России. Причём, сделал это кружным путём: через всю страну поездом добрался до Владивостока. Оттуда, с разрешения местных властей, отплыл в Японию. Там два месяца ждал визу на въезд в США.
Прокофьев был хорошо знаком с семьёй знаменитого кисловодского архитектора Эммануила Ходжаева. В своём дневнике он записал: «В Америке я всегда с большим удовольствием вспоминал двух сестёр Ходжаевых, моих приятельниц по Кисловодску, и даже писал им открытки, которые, к удивлению, дошли». Старшая сестра Люси жила во Франции, а Елизавета — в СССР.
В 1943 году Елизавету Эммануиловну арестовали. Возможно, ей припомнили открытки от Прокофьева из Америки и от сестры из Франции. От невыносимых условий она скончалась в карагандинском лагере в 1947 году.
В Нью-Йорке Сергей Прокофьев познакомился со своей будущей первой женой — певицей испанского происхождения Линой Кодиной. У них были сложные отношения. Но беременность Лины Кодины вынудила Прокофьева жениться.
Брак они зарегистрировали в Германии, а жили, в основном, в Париже. Там родились их первенец Святослав и второй сын Олег.
В эмиграции Прокофьев часто вспоминал Россию и, в частности, Кисловодск.
В своём дневнике 12 августа 1928 года он записал: «Шамони (курорт на границе Франции и Швейцарии – прим. В.Я.) наполнен народом, напоминает Кисловодск. Но теснее и воздух Кисловодска несравненно лучше».
В 1933 году Прокофьевы всей семьёй вернулись в СССР. Им дали квартиру в Москве.
В Советском Союзе Сергей Сергеевич встретил людей, которых давно знал, с которыми дружил. Но под воздействием пропаганды тематика творчества композитора-авангардиста резко изменилась. Он написал музыку к кинофильму «Александр Невский», идеологически выдержанные оперы «Семён Котко», «Повесть о настоящем человеке», ораторию «На страже мира» и многое другое в том же духе. Однако между произведениями, написанными в соответствии с партийным курсом, он создавал шедевры. Такие, как балеты «Ромео и Джульетта», «Сказ о каменном цветке», а также увертюры и фортепианные концерты.
В своём дневнике 12 августа 1928 года он записал: «Шамони (курорт на границе Франции и Швейцарии – прим. В.Я.) наполнен народом, напоминает Кисловодск. Но теснее и воздух Кисловодска несравненно лучше».
В 1933 году Прокофьевы всей семьёй вернулись в СССР. Им дали квартиру в Москве.
В Советском Союзе Сергей Сергеевич встретил людей, которых давно знал, с которыми дружил. Но под воздействием пропаганды тематика творчества композитора-авангардиста резко изменилась. Он написал музыку к кинофильму «Александр Невский», идеологически выдержанные оперы «Семён Котко», «Повесть о настоящем человеке», ораторию «На страже мира» и многое другое в том же духе. Однако между произведениями, написанными в соответствии с партийным курсом, он создавал шедевры. Такие, как балеты «Ромео и Джульетта», «Сказ о каменном цветке», а также увертюры и фортепианные концерты.
— Приезжал ли Сергей Сергеевич Прокофьев в Кисловодск после возвращения в СССР?
— Да, и много раз. В конце 30-х годов Прокофьев отдыхал в кисловодском санатории Ц К Союза работников искусства (РАБИС). Впоследствие его переименовали в санаторий «Стеклянная струя». Он находился в районе улицы Профинтерна и Пикетного переулка. Но затем здания этой здравницы полностью снесли.
Евгения Борисовна Польская и Борис Матвеевич Розенфельд приводят любопытное свидетельство. В 1939 году в санатории ЦК РАБИС в одно время с Прокофьевым отдыхала артистка Серафима Бирман. Сергей Сергеевич там писал оперу «Семён Котко» на сюжет повести Валентина Катаева «Я сын трудового народа». Серафима Бирман рассказывала: «Помню маленькую палату в санатории, которую занимала я. Сергей Сергеевич Прокофьев зашёл, чтобы познакомить меня со своим произведением. Из мебели в комнате были только стол, два стула, кровать и шкаф. О рояле не могло быть и речи. И всё же, не выходя из этой тесной санаторной обители, Прокофьев сыграл и спел оперу „Семён Котко“. Кровать он превратил в „рояль“. Сел на край стула, как это делают пианисты на концерте, и опустил руки на кровать, покрытую белым пикейным одеялом. Мне было ясно — он не видит одеяло. Перед ним клавиатура рояля. Он не только играл на этом „рояле“, а и пел за солистов и за оркестр».
Возвращаясь с Кавказа осенью 1939 года, Прокофьев в Москве завершил оркестровку оперы «Семён Котко». А 23 июня 1940 года состоялась её премьера.
Во время Великой Отечественной войны Прокофьев некоторое время находился в Нальчике. Оттуда он с группой артистов МХАТа выезжал в военные госпитали Кисловодска и Ессентуков. Там композитор-пианист и артисты театра выступали перед ранеными красноармейцами.
— Как сложилась семейная жизнь Сергея Сергеевича в Советском Союзе? Когда и где он скончался?
— У Лины Ивановны (такое отчество ей дали в России) Прокофьевой почти всё в Советском Союзе вызывало отторжение. И семейная жизнь не очень складывалась. В Париже супруги Прокофьевы проводили мало времени на одном небольшом пространстве. А в Москве им приходилось сосуществовать в одной маленькой квартире. Это вызывало раздражение, ссоры.
В 1938 году Сергей Сергеевич предложил Лине Ивановне вместе отдохнуть в Кисловодске, но она отказалась. Это окончательно разрушило их семейные узы.
В кисловодском санатории знаменитый композитор встретил выпускницу литературного института Миру Мендельсон. Она стала буквально преследовать его.
— Да, и много раз. В конце 30-х годов Прокофьев отдыхал в кисловодском санатории Ц К Союза работников искусства (РАБИС). Впоследствие его переименовали в санаторий «Стеклянная струя». Он находился в районе улицы Профинтерна и Пикетного переулка. Но затем здания этой здравницы полностью снесли.
Евгения Борисовна Польская и Борис Матвеевич Розенфельд приводят любопытное свидетельство. В 1939 году в санатории ЦК РАБИС в одно время с Прокофьевым отдыхала артистка Серафима Бирман. Сергей Сергеевич там писал оперу «Семён Котко» на сюжет повести Валентина Катаева «Я сын трудового народа». Серафима Бирман рассказывала: «Помню маленькую палату в санатории, которую занимала я. Сергей Сергеевич Прокофьев зашёл, чтобы познакомить меня со своим произведением. Из мебели в комнате были только стол, два стула, кровать и шкаф. О рояле не могло быть и речи. И всё же, не выходя из этой тесной санаторной обители, Прокофьев сыграл и спел оперу „Семён Котко“. Кровать он превратил в „рояль“. Сел на край стула, как это делают пианисты на концерте, и опустил руки на кровать, покрытую белым пикейным одеялом. Мне было ясно — он не видит одеяло. Перед ним клавиатура рояля. Он не только играл на этом „рояле“, а и пел за солистов и за оркестр».
Возвращаясь с Кавказа осенью 1939 года, Прокофьев в Москве завершил оркестровку оперы «Семён Котко». А 23 июня 1940 года состоялась её премьера.
Во время Великой Отечественной войны Прокофьев некоторое время находился в Нальчике. Оттуда он с группой артистов МХАТа выезжал в военные госпитали Кисловодска и Ессентуков. Там композитор-пианист и артисты театра выступали перед ранеными красноармейцами.
— Как сложилась семейная жизнь Сергея Сергеевича в Советском Союзе? Когда и где он скончался?
— У Лины Ивановны (такое отчество ей дали в России) Прокофьевой почти всё в Советском Союзе вызывало отторжение. И семейная жизнь не очень складывалась. В Париже супруги Прокофьевы проводили мало времени на одном небольшом пространстве. А в Москве им приходилось сосуществовать в одной маленькой квартире. Это вызывало раздражение, ссоры.
В 1938 году Сергей Сергеевич предложил Лине Ивановне вместе отдохнуть в Кисловодске, но она отказалась. Это окончательно разрушило их семейные узы.
В кисловодском санатории знаменитый композитор встретил выпускницу литературного института Миру Мендельсон. Она стала буквально преследовать его.
Но со временем он заинтересовался Мирой. И у них начался бурный роман. С 1941 года знаменитый композитор и молодая писательница жили вместе.
Лина Ивановна по этому поводу сильно переживала и возмущалась. А затем на её голову обрушилась новая беда. В 1947 году в Советском Союзе был принят закон, согласно которому признавались недействительными все браки граждан СССР с иностранными гражданами. Соответственно, стал недействительным и заключённый в Германии брак Сергея Прокофьева и Лины Ивановны.
Это позволило Прокофьеву в начале 1948 года заключить законный брак с Мирой Мендельсон.
А в октябре 1948 года Лину Прокофьеву обвинили в том, что она иностранная шпионка, и арестовали. Срок Лина Ивановна отбывала в лагере, в очень тяжёлых условиях.
Великий композитор Сергей Сергеевич Прокофьев умер пятого марта 1953 года — в один день с Иосифом Сталиным. Так смерть композитора мирового значения, осталась почти незамеченной. Всё внимание было обращено к «покойнику номер один».
В 1954 году в СССР отменили закон 1947 года. Лину Ивановну реабилитировали. Таким образом, у Прокофьева оказалось две законные вдовы. У юристов эта ситуация получила название «казус Прокофьева». Между ними долго шли судебные тяжбы по разделу наследия великого композитора.
Лина Прокофьева жила в СССР до 1974 года. А потом выехала к младшему сыну Олегу, который учился в Англии. При этом она сохранила советское гражданство.
Мира Прокофьева всё время жила в СССР и умерла намного раньше другой законной вдовы великого композитора — в 1968 году.
Вёл беседу Николай Близнюк
Фото из источников в сети Интернет
Лина Ивановна по этому поводу сильно переживала и возмущалась. А затем на её голову обрушилась новая беда. В 1947 году в Советском Союзе был принят закон, согласно которому признавались недействительными все браки граждан СССР с иностранными гражданами. Соответственно, стал недействительным и заключённый в Германии брак Сергея Прокофьева и Лины Ивановны.
Это позволило Прокофьеву в начале 1948 года заключить законный брак с Мирой Мендельсон.
А в октябре 1948 года Лину Прокофьеву обвинили в том, что она иностранная шпионка, и арестовали. Срок Лина Ивановна отбывала в лагере, в очень тяжёлых условиях.
Великий композитор Сергей Сергеевич Прокофьев умер пятого марта 1953 года — в один день с Иосифом Сталиным. Так смерть композитора мирового значения, осталась почти незамеченной. Всё внимание было обращено к «покойнику номер один».
В 1954 году в СССР отменили закон 1947 года. Лину Ивановну реабилитировали. Таким образом, у Прокофьева оказалось две законные вдовы. У юристов эта ситуация получила название «казус Прокофьева». Между ними долго шли судебные тяжбы по разделу наследия великого композитора.
Лина Прокофьева жила в СССР до 1974 года. А потом выехала к младшему сыну Олегу, который учился в Англии. При этом она сохранила советское гражданство.
Мира Прокофьева всё время жила в СССР и умерла намного раньше другой законной вдовы великого композитора — в 1968 году.
Вёл беседу Николай Близнюк
Фото из источников в сети Интернет