Ровесник Второй мировой.

Ровесник Второй мировой.

Житель Кисловодска родился всего лишь за сто тридцать восемь дней до начала Второй мировой войны. Как прошло его военное и послевоенное детство и что привело его в нашу газету?

Кисловодский пенсионер Александр Петрович Ощепков пришёл в редакцию, чтобы выразить благодарность Абдулле Насыру. С просьбой выразить благодарность на страницах «Кисловодской газеты» к нам обращаются нередко – в городе много замечательных врачей, педагогов, просто отзывчивых людей, способных на поступки и добрые дела. Но этот случай довольно редкий.

Александр Петрович два года назад потерял супругу, и теперь его семья – это дворняга с гордым прозвищем Пират и кошка с простым кошачьим – Киса. Дочери живут в Архангельске. На днях позвонила одна из них и сообщила, что собирается к отцу в гости. На радостях Александр Петрович отправился в банк и снял с карты все свои скромные сбережения, чтобы достойно встретить папину любимицу. От банкомата автобусом прямиком отправился на городской рынок. Пока отсчитывал в переполненной маршрутке мелочь, бумажник машинально сунул подмышку, да и забыл.

Когда продавец фруктов назвала стоимость его покупки, он не обнаружил в кармане ни кошелька, ни денег. Сказать, что это был шок, значит ничего не сказать – это была трагедия: ни на банковской карте, ни дома, ни в кармане у глубоко пожилого человека не было ни копейки. До пенсии – две недели.

«Как же так, неужели вновь карманники», – подумал Александр Петрович.

Ему прекрасно запомнился случай годичной давности, когда при посадке в автобус его подтолкнули двое молодых ребят, а в итоге вытянули из заднего кармана брюк бумажник.

– Мы же старые такие раззявы, – вздыхает гость редакции и разводит руками.

Увидев расстройство мужчины, сердобольные бабули, находившиеся поблизости, посоветовали Александру Петровичу пройти в Стол находок, расположенный рядом с рынком, –  авось повезёт.

Крайне опечаленный пенсионер без всякой надежды побрёл по указанному адресу. Едва он вошёл в дверь, работница Стола находок тут же встала ему навстречу: «За кошельком пришли?!» И тут же вручила ему его сбережения. Дедушка радовался, как ребёнок. Пытался отблагодарить женщину, но она была непреклонна: «Это моя работа. Лучше посмотрите все ли деньги на месте». Пересчитывать не стал, слава Богу, что вернули.

Здесь же счастливец узнал, что его бумажник в Стол находок принёс нашедший его мужчина, который реализует на рынке исламскую газету. Александру Петровичу пришлось немало походить по базару, прежде чем он отыскал своего спасителя. Долго благодарил, пытался вручить ему тысячу рублей, но Абдулл Насыр (так он представился) денег не взял. Отказался категорически, а на прощанье вручил Александру Петровичу экземпляр газеты и пожелал старцу крепкого здоровья на долгие годы.

Александр Петрович Ощепков дитя войны и нам, журналистам, в преддверии очередной годовщины начала Второй мировой войны (1сентября 1939 года), было бы непростительно не узнать как прошло его военное детство.

16 апреля 1939 года, как рассказал наш герой, ровно в полночь, мама пошла его рожать, как было принято в старину, в свою баньку, но не дошла и разродилась прямо в огороде. Может быть, поэтому уроженец уральской глубинки, села Савины* в два десятка изб Нытвенского района Пермской области, очень редко в жизни болел, да и сегодня, в свои 82, выглядит бодрячком.

Накануне Великой Отечественной войны в семье Ощепковых было четверо детей: он сам, две сестры старше Саши, одна младше. Жили по тем меркам не плохо – дружно, сытно, ни в чём особо не нуждались. В июне 1941-го отца, железнодорожника, призвали одним из первых – стране позарез нужны были стальные магистрали: и строить новые, и ремонтировать разбомблённые фашистами.

Остались ребятишки одни с мамой и тётушкой Степанидой Ивановной – мальчику 2 года, сёстрам 8 и 17, младшей полгода. Старшую вскоре мобилизовали на Пермский моторостроительный завод. Тётя и мама с ранней зари и до позднего вечера работали в поле.

Двух кобыл, что были в хозяйстве, пришлось сразу сдать в колхоз. Их забили, мясо поделили на всех односельчан, а большую часть сдали «на нужды» Красной Армии. Собственно, молоко, мясо, яйца, масло приходилось сдавать без остатка.

Александр Петрович вспомнил случай, когда соседка резала барашка. Снимает с него шкуру и поливает горькими слезами. Мясо-то пришлось всё без остатка сдать. Для семьи остались лишь внутренности. Кишки тщательно промыла горячей водой, затем мелко порубила топором в деревянном корыте и жарила чебуреки с этой начинкой. Получились настолько вкусными, что словами не описать.

Было, конечно, тяжело. Продуктов не хватало. Уходя на работу, мама в русской печи тушила детворе горох в чугунке на весь день. По праздникам пекла удмуртские шанежки из картошки. Александр Петрович и сейчас помнит их неповторимый вкус. А ещё резала ржаной хлеб небольшими кубиками и сушила их. Зимой очень мёрзли, поэтому не слезали с русской печи. Оттуда доставали сухарики и долго сосали их как леденцы, боясь проглотить.

В 1944 году мама умерла, и дети остались с тётушкой. Отец был на фронте, письма от него приходили очень редко. В один из налётов немецких асов Люфтваффе, при бомбёжке железнодорожных составов, Пётр Иванович получил серьёзное ранение и попал в госпиталь. После лечения его комиссовали и отправили домой. Это было ранним утром 9 мая 1945 года. А ближе к обеду в село прибежала из районного центра  (8 км!) сельская почтальонша с криками: «Победа!!!». Вот было радости-то…

Отец почти ничего не рассказывал о войне. Разве что один случай, после которого здоровый уральский мужик закурил. Как-то командир послал бойца Ощепкова отнести в штаб какие-то бумаги. Отец долго искал в огромном здании адресанта. Вручил. Едва отошёл от строения на несколько десятков шагов, в штаб угодила авиационная бомба. От него остались лишь руины, а вот бойцу повезло, он не пострадал –  взрывной волной его отбросило в густые заросли акации. Как тут не закуришь.

Вернувшись с войны, отец довольно быстро научил Сашу считать и писать. В 6 лет отдал его в школу, в первую очередь потому, что там детям каждый день давали небольшую косуху хлеба и черпак варёной пшеницы. В школу приходилось ходить через два поля и лес – около двух километров. Однажды ранним утром дорогу детям преградили четыре волка, упитанные, с лоснящейся на солнце шерстью (порезали всех собак в деревне). Вожак сел, поднял морду, и протяжно завыл. Страшно, не передать словами. Дети слышали, как стучат их коленки.

Вместо сумки у Александра была трофейная дюралевая коробка из-под патронов с большим фляжным замком. У старшей из девочек – и вовсе котелок из биметалла местного производства, в котором лежали книжки. Она догадалась и, что было сил, стала трясти «портфелем», Сашка подхватил и забарабанил в свой. Волки прекратили выть, немного потоптались на месте и ушли восвояси. На завтрак детвора пришла с небольшим опозданием, но их всё же накормили.

Чуть позже Пётр Иванович сошёлся с соседкой Таисией Васильевной – так у Саши и сестёр появилась вторая мама. Муж этой женщины пропал без вести, а сын сгорел в танке под Прохоровкой во время Курской битвы.

В 1947 году семья переехала в райцентр. Семилетнего мальчика определили не в школу, а в детский сад, поскольку он уже хорошо читал и писал, чтобы помогал воспитателям – читал малышам сказки, присматривал за ними. Своей столовой в садике не было, потому ему как старшему приходилось ходить с вёдрами за пищей в соседний детсад.

В Нытве закончил семь классов и пошёл работать гвоздорубом. Была такая профессия – рубить гвозди из металлической пластины. Затем папа отправил его в школу плотников: «Научишься держать топор в руках – голодным не будешь».

Скоро пришло время идти на службу в Советскую Армию. Набирали лучших из лучших для отправки в Германию, в ограниченный контингент советских войск. Александра с безукоризненной характеристикой завернули – он не был комсомольцем, а тогда с этим было строго. Отправили в танковые войска.

После армии вернулся на завод. Женился. Родились две дочки. Собственно, всё как у всех.  В конце девяностых подруга жены приобрела себе домик в Кисловодске и пригласила её в гости. После поездки на Северный Кавказ Галина Ивановна (жена Александра Петровича) «заболела» Кавказскими Минеральными Водами. Делать нечего – продали свой домик на родине и переехали в Кисловодск.

Александр БЕЙФУС,

Фото автора. На фото: Александр Петрович Ощепков во время визита в редакцию «КГ».

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *