ОТВЕТСТВЕННЫ ПЕРЕД ПРОШЛЫМ ЗА БУДУЩЕЕ

ОТВЕТСТВЕННЫ ПЕРЕД ПРОШЛЫМ ЗА БУДУЩЕЕ

                   И на доске мемориальной напишут чьи-то имена

Если бы 9 мая можно  было сквозь сказочную сеть  процедить кисловодский воздух, то среди выловленных фантомов, мыслей, образов, воспоминаний, рожденных памятью людей зрелого возраста, чаще других возникало бы имя Бориса Мисостовича Нугзарова.  (Его чаще звали Борисом Михайловичем).

 Не только потому, что велик был его вклад в дело защиты Родины и день его рождения совпал с этой датой. Старожилы знают, что с послевоенных времен не было в Кисловодске равных ему по организаторским способностям.

Начинал рабочим на овощной базе курортторга, потом  возглавил контору  торга. За время руководства построил много складов, магазинов, универмаг. Позже поручили ему важное дело: создал в Учкекене  электронный завод. Когда во Вьетнаме начали падать американские самолеты, то в Кисловодске шептались, что какие-то приборы для наших зенитчиков делали в Учкекене.

Затем Нугзаров организовал «Кававтострой» – первую в системе автомобильного транспорта страны строительную организацию, выросшую в мощный трест с подразделениями по всему Северному Кавказу.

То в торговле, то в промышленности, то в строительстве… Разве можно везде быть в числе лучших?  Он мог. Блестящая память, колоссальное трудолюбие, быстрый ум, твердое слово, уважение к людям и, конечно, предпринимательская сноровка – вот составляющие его успеха.

…Утеряли многое. Но фамилия Нугзарова живет. Он обладал одним незаменимым качеством – умел организовать дело. То в одном, то в другом районе доводилось слышать: это дом Нугзарова. Нет, не личный дом, один из тех многоквартирных домов, что построил трест, когда им руководил Борис Михайлович.  И я присоединяюсь к не раз услышанным  в городе словам : «Жаль, Борис Михайлович рано ушел. Судьба готовила его на должность мэра Кисловодска. При таком руководителе наша курортная жемчужина обрела бы достойную оправу».

В последний путь из Кисловодска в Беслан, где он родился и похоронен, его провожало столько людей, что весь проспект Победы был забит автобусами, легковыми автомобилями. Траурная колонна растянулась на многие километры вдоль трассы. Его очень любили и уважали.

(На фото автор В. Василевский)

ЕГО ЗЕМЛЯ

Стукнуло сорок девять!  На прошлой неделе отпраздновали День победы, да так уж судьба подарила – и его день рождения. Всего сорок девять, по горским понятиям – мальчишка.  Бегать бы по склонам.   Вон  Чокка Асланович Залиханов  столетний юбилей отметил на Эльбрусе. Но война взяла свою плату за жизнь. Болят ноги. Начал взбираться по косогору. Земля, напоенная майским теплым дождем, дышала ровно, отдавая влагу нетерпеливым солнечным лучам и молодой траве.  А рядом, где зеленый покров был ранен ножом бульдозера, чернело мазутное пятно. «Раны земли»,- подумал он. Мысль увела по тропинкам памяти в далекие годы.

Беслан. Земля его отцов. Здесь в начале войны стояла танковая часть. Ушел с ней из дому четырнадцатилетний паренек. Долго не принимали на довольствие, мал еще. Когда (уже на Украине)  ранили в первый раз, после госпиталя прибавил четыре года. Понравился начальнику разведки паренек. Стал сыном бригады. Воевал, как два родных брата и две сестры. Был разведчиком, потом водителем танка. Погибли сестры, старший брат, погиб Цомартов, дядя, повторив подвиг Гастелло.

Мозг настроился на воспоминания. Под Ардоном возвращались из разведки. Фашисты и не обратили бы внимания на хрупкого осетинского паренька в рваной телогрейке, если бы не мешок за плечами. Там лежала рыба. Наловил усачей из-подо льда замерзшего Терека. Отобрали. Ушли, хохоча. Черт с ней, с рыбой. Гордость задета: хозяевами чувствуют себя на советской земле.

Неподалеку наткнулся на место боя. У разваленного стога соломы чернел матросский бушлат. Вокруг – несколько трупов в серо-зеленых шинелях. Подошел поближе: ворох гильз. До последнего патрона не сдавался моряк. Еще развевается на ветру рыжий чуб, рука сжимает мерзлый ком  земли. Откуда ты, моряк? Какое поле вспомнил  в последнюю минуту?

Как это у Маяковского: «землю, с которой вместе мерз, вовек разлюбить нельзя». Да, ее не забудешь, она в твоих морщинах, болячках и ранах.

…Дома его ожидало письмо. «Уважаемый Борис Михайлович! Пишут вам кинорежиссер Оганян Г.А. и подполковник Захарян В.У., бывший ваш однополчанин. Работаем мы над сценарием многосерийного художественного фильма о героических сражениях за Кавказ и Украину…».

И дальше просьба: расскажите о своих боевых делах, вышлите фотографии. Недавно то же самое просила журналистка М.Урланис. Что же написать?

Вспомнилась ему длинная ночь на Миусе. Где-то плакал раненый конь. Полз Нугзаров в разведку, все теснее прижимаясь к промерзшей глине, словно ища у нее защиты. Чудом остался жив… Хранил всевышний и под Донецком, когда пробрались на аэродром под носом у часовых, и взорвали все, что смогли…Сандомирский плацдарм. Болота и болота. Приходилось даже спать, привязываясь к дереву …А сколько раз он, уже командир танка, катался по земле, выпрыгнув из горящей машины и пытаясь сбить пламя.

Может быть, рассказать о разведке в Солдатском? Всего несколько строчек посвятил эпизоду в книге «Битва за Кавказ» маршал А.Гречко. Пишет, что наступление наших танков было таким стремительным в январе 1943 года, что фашисты не успевали эвакуировать технику, боеприпасы и горючее. Так произошло и при захвате аэродрома в Солдатском.

Нет, не потому не взлетело на воздух это поле, что немцы испугались. Ночью здесь побывал разведчик Нугзаров, пробрался в подвал, где к собранным в кучу аккумуляторам от комбайнов шел смертельный проводок…

Орденские колодки он надевал редко. А их несколько рядов. И каждая – веха в памяти. Медаль «За боевые заслуги» –за тот  взорванный аэродром, а орден Отечественной войны 1 степени – наоборот, за сохраненный. Еще один орден вручен  уже в Германии. Несколько десятков фашистов  пленили вдвоем с Кониевым. Но самую дорогую награду он получил уже в мирное время.

Хутор Утренняя долина. Помечен он на карте, что хранится в семье. Этот дневник датами напоминает, когда и какой населенный пункт, речку, лес пришлось пройти. 12 января 1943 года погиб его друг Толя Шевчук. Многих тогда похоронили в Утренней Долине. А помнят ли о них?

Через несколько дней его «Волга» подъезжала к месту боя. Вот ограда, густо заросшая кустами сирени. На постаменте – склоненная фигура скорбного солдата. Здесь в неравном бою погибли воины 140-й танковой бригады.

В школе, расположенной в соседнем селе Марьины Колодцы, ему рассказали, что пионеры создали отряд «Поиск». Уже несколько лет ищут родственников солдат, захороненных в братской могиле. Знали только 24 фамилии погибших. И Нугзаров включился в поиск.

Вскоре он получает письмо от генерал-майора Н.Т.Петренко, бывшего командира своей части, преподавателя Академии имени Фрунзе. Потом – от бывшего заместителя начальника штаба А.Я.Серикова. Так удалось установить более сотни фамилий воинов, захороненных в братской могиле. Рассказал  Нугзаров  об этом  у себя в тресте. И строители в Утренней Долине реконструировали памятник, благоустроили территории. На митинге, посвященном празднику Победы, бывшему старшине Б.М.Нугзарову вручили шкатулку с горстью земли с братской могилы.

Земля. Все мы ее сыновья. По ней тоскуют мореплаватели. В тяжелую минуту к ней обращаются космонавты. Ее ласкает хлебороб. Ей слагают гимны. Ее, как высшую награду за память сердца, хранил в шкатулке Б.М.Нугзаров.                                                    

ПАМЯТЬ СЕРДЦА.

Прошло тридцать лет с того памятного боя в хуторе Утренняя долина. Как давно они не виделись. Склонив головы, стоят у братской могилы полковник запаса из Орла В.Я.Иванов, рядом с ним – заведующий филиалом техникума в Москве В.А.Кощкин, доцент Московского автодорожного института Г.Е. Северюхин, инженер из Николаева В.М.Маранц (тоже полковник запаса), капитан в отставке из Иваново-Франковска А.П.Редька, бывший старшина, теперь тракторист Г.В.Кононенко из Черниговской области, инженер С.М.Рудник из Ростова-на-Дону…

Много воспоминаний было в те несколько дней, что гостили ветераны 140-й танковой бригады в Кисловодске. Побывали в школах, на предприятиях, встретились с отрядом «Поиск» в селе Марьины Колодцы.

–Память сердца привела меня сюда,- разговорился долго молчавший Иван Федорович Резцов, полковник в отставке.

–Помню, тяжелые были бои, и мы в те дни потеряли около 200 бойцов.

 –А мне вы партбилет вручали, Иван Федорович, – вступает в разговор Д.П.Иванов, бывший начальник строевой части бригады.

–Как мы все связаны судьбой, – добавляет Нугзаров. – Ведь вы, Дмитрий Петрович, – говорит он Иванову, – меня в часть зачисляли. А Кошкин принимал в комсомол. Помню, спросил он, оправдаю ли доверие…Могу, как сын бригады, отчитаться перед моими отцами, что многим во мне хорошим я обязан бригаде. Крепко помню это. И если оценивают наградами мой труд- так это только долг мой перед теми, кого сейчас с нами нет…

Он говорил, и ветераны внимательно слушали самого молодого из них. Каждый принимал эти сокровенные слова всем сердцем. Они ответственны перед прошлым за будушее. Вспоминали прошлое, а думали о будущем, о смене, которая принимает эстафету отцов.

Вот сидит Григорий Васильевич Кононенко. Приехал он в места памятных боев не один. Рядом дочь Галя. Для нее эта поездка – срок солдатской верности, памяти друзей, любви к Отечеству. В городе Орле  живет Василий Яковлевич Иванов. Он рассказывал друзьям, что  удалось многое сделать в военно-патриотическом воспитании молодежи. Полковник запаса участвует в создании на  предприятиях бригад имени героев войны, был председателем штаба военно-патриотической игры «Зарница».

Ветераны хотят быть спокойны за будущее. И потому так торжественно прозвучали слова бакинца Петра Васильевича Корниенко, бывшего начальника артвооружения бригады: «У меня есть внуки. Я им завещаю, чтобы приезжали сюда поклониться памяти наших друзей».

ДРАГОЦЕННЫЙ СПЛАВ

Трудно было  работать с Нугзаровым. Друзья в шутку, а порой и всерьез советовали  и в праздники искать  его на работе. Ну, а уж если начальник «Кававтостроя» в кабинете, то и некоторые помощники рядом. И легко было работать с Нугзаровым. В течение года «Кававтострой» несколько раз был награжден переходящим Красным знаменем Министерства автомобильного транспорта РСФСР и ЦК  профсоюза. Постоянно перевыполнялся план по строительству жилья в Кисловодске. Один из лучших по архитектуре, планировке и отделке домов в городе многие зовут «домом Нугзарова».

Умеет он держать руку на пульсе времени. Через два года после создания управления  слава о нем  убежала далеко за пределы края. Завод металлоконструкций этого управления освоил выпуск «Модулей»- металлических пространственных стержневых конструкций. Их них монтируются помещения для самых разных служб. Удобно, быстро и дешево. В Кисловодске было построено несколько павильонов для станции техобслуживания  автомобилей, гараж, в Пятигорске – рынок. И во многих городах страны вырастали тогда «Модули», изготовленные кисловодчанами. Несколько их было  смонтировано и на территории ВДНХ, а Борис Михайлович получил Золотую медаль выставки.

Энергия его не иссякала.  Видно силен был тот эмоциональный заряд  военных времен, что спрессовал пружину его деятельности. Однако не заставляет ли он Нугзарова любить дело ради дела? Не раз задавал этот вопрос работникам  треста. И долго слушал  воспоминания самых дружеских оттенков. Даже чем-то недовольные и те его основным недостатком называли излишнюю… доброту. Это не желание быть добреньким, а самое  искреннее чувство – доброе отношение к человеку. Сам Нугзаров в разговоре с заместителем министра автомобильного транспорта А.Ф.Петровым в нескольких фразах охарактеризовал это так.

– Нарушил правила водитель. Разбил машину. Формально – надо выгонять, лишить прав. Сначала хотел, было. Потом узнал: жена получает 70 рублей, дома двое детей. Как поступить? Выгоним – детей накажем. Где эталон? Чем измерить мое право и его вину – моим и его долгом? А может быть, поступить с точки зрения пользы для общества? На каких весах взвесить?

Был это один из тех случаев, когда руководитель становится судьей и самому себе, и своему подчиненному, и установившимся нормам морали. Потому что самое главное для него – драгоценный сплав прошлого с настоящим- человек, какой он есть, каким он может стать, каким он станет.

…Я смотрел на эту худую руку с постоянно зажатой в ней сигаретой, знал, что он очень мало ест, постоянно пьет кофе и думал, откуда берутся силы?  С многочисленными ранениями  и контузиями вернулся он с  фронта.  Врачи советовали найти работу поспокойнее. Но разве мог человек, в четырнадцать лет ставший солдатом, сыном бригады, уйти  в тихую пристань? Работал, учился, стал экономистом с высшим образованием, завоевал авторитет умелого руководителя. Его любовь к труду, его доброе отношение к людям – это тот самый драгоценный сплав, из которого в войну рождаются герои, а в мирное время – люди, с честью выполняющие свой долг.

С двумя праздниками поздравляли Бориса Михайловича друзья 9 мая- с Днем Победы, которую и он ковал,  и  днем  его рождения. А работники крайвоенкомата вручили орден Отечественной войны 1 степени, который не успел получить – ранили, попал в госпиталь.

Вспоминаю последний год его жизни. В Советском Союзе царствовало плановое хозяйство. Постоянно перевыполнять планы могли только волшебники. Откуда взять лишний металл, кирпич, песок, наконец? И тут начинался цирковой номер.  Нугзаров звонит  в Черкесск  своему земляку Захару Цахилову, Герою соцтруда, директору одного из крупнейших в стране химзаводов: – Захар, ты просил у меня песок? Я найду. Сколько тебе? Хорошо. Только ты выдели краску  Павлу, он мне металлу подбросит. В твоем громадном хозяйстве всегда можно найти что-нибудь лишнее…

И вот так «выбивали, доставали» буквально все. Нугзаров был в этом артистичен. Если бы он дожил до развала планового хозяйства,  наверняка составил бы конкуренцию многим теперешним так называемым олигархам. Но это, к сожалению, случилось задолго до того, как в Кисловодске мне довелось встретить  начинающего кооператора Абрамовича,   закупающего  игрушки в местном цеху, которыми потом  торговал в Москве.

Почётного гражданина Кисловодска Бориса Михайловича помнит старшее поколение. Но неумолимое, безжалостное  время сотрет его  в памяти. А почему бы городу не увековечить имя знатного земляка, скажем, в названии улицы? Борис Нугзаров  вполне это заслужил.

Валерий Василевский.