К 76-летию Победы: ветеран в моей семье. Жизнь после «похоронки»

В ноябре 1941 года моя бабушка, Татьяна Ильинична, одна из первых в станице Холмской Краснодарского края получила «похоронку». Командир, комиссар и начальник штаба 357 стрелкового полка официально известили, что ее сын, лейтенант Близнюк, был убит в бою и похоронен в Ленинградской области.  К счастью, в извещение вкралась ошибка: после тяжелого ранения отец выжил и затем, вплоть до Победы, сражался с   фашистами.

В 1940 году кубанский хлопец-сирота из бедняцкой семьи, следуя духу времени, надумал  стать военным и поступил в Тамбовское пехотное училище. Год тянулись рутинные курсантские будни: строевая подготовка, дежурства, стрельбы, марш-броски.

Все круто изменилось 22 июня 1941 года. Уже в июле всем курсантам «повесили» ромбики  младших лейтенантов и отправили на фронт.

Что ощущал сельский парень в самом начале войны на передовой,  я не знаю. Отец был немногословен  и не любил вспоминать фронтовые будни. Психологи давно заметили: те, кто сполна хлебнули лиха на фронте, сторонятся  разговоров  о войне. Мой отец  был наглядным  подтверждением этого тезиса. Насколько помню,  он ни разу не надевал свои боевые ордена и медали, хотя их  было полтора десятка.

Первый раз фашистская пуля достала отца через месяц после того, как он оказался в окопах.

Как только его выписали из госпиталя, – сразу произвели в лейтенанты и отправили на Ленинградский фронт. Там-то и случился казус с «похоронкой». Лишь в старших классах, при поддержке мамы я выпытал у отца, как это случилось.

Командир взвода лейтенант Близнюк, поднимая бойцов в атаку, первым вылез из окопа. И его сразу же скосила пулеметная очередь фашистов. Это видели все бойцы взвода. Когда после боя они возвращались на исходные позиции, то тела командира не нашли.

Наши потери в том бою были огромные, поэтому похоронная команда прикапывала тела погибших прямо на поле сражения. Вот подчиненные отца и доложили в штаб полка: командир взвода погиб и похоронен.

В действительности же на раненого лейтенанта случайно наткнулись санитары соседнего полка и унесли его в свой лазарет. Поскольку он две недели не приходил в сознание, то установить личность пациента в госпитале не могли.  А тем временем командование 357 полка добросовестно выполнило свои обязанности – оформило документы на погибшего лейтенанта. Тем более, что отец был далеко не первый и не последний в списке павших.  Младшие командиры в начале войны погибали особенно часто.

К счастью, траур в станице Холмской продолжался не долго. Почти сразу вслед за «похоронкой» пришла весточка, что лейтенант Близнюк  жив и находится на излечении в госпитале.

После выздоровления отцу вручили орден, присвоили очередное воинское звание и снова отправили на передовую.

И так повторялось из года в год: тяжелое ранение; после выздоровления – орден, очередное воинское звание – и снова на передовую.

Второй раз погибнуть, – теперь уже окончательно, Николай Иванович Близнюк  должен был в начале лета 1944 года. Об этом эпизоде фронтовой биографии отца я узнал с помощью сохранившейся персональной Благодарности Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина. 

Подполковник Близнюк со своим батальоном далеко оторвался от основных сил наступавшей через Белоруссию Советской армии. Советские автоматчики внезапно появились на станции Бобруйск и захватили ее.

Гитлеровцы, когда очухались, поняли, что на железнодорожном вокзале и в пристанционных постройках закрепились не основные силы Белорусского фронта, а лишь какое-то отдельное подразделение. Фашисты окружили батальон отца и  стали его методично расстреливать. Однако, советские автоматчики, отбиваясь с решимостью обреченных, удерживали станцию.

А время шло и шло… Когда до неизбежной развязки оставалось совсем немного сквозь кольцо фашистов к станции прорвалось подкрепление.

После этой операции подполковника Николая Ивановича Близнюка назначили командиром гвардейского стрелкового полка.

Берлин этот полк не штурмовал, оставался в резерве командования. А вот в исторической встрече с союзниками на реке Эльба отец участвовал. Там американский офицер в знак дружбы подарил советскому подполковнику диковинные в ту пору для нашей страны часы с крышечкой и цепочкой. В детстве я часто с ними играл.

После Победы молодому гвардии подполковнику Близнюку предложили поступить в военную Академию.  Но отец отказался, потому что понимал: знаний, полученных в сельской школе, маловато для успешной учебы в Академии.

А, главное, он настолько «наелся» службы в армии, что при первой возможности демобилизовался и вернулся в село. Правда, уже в качестве председателя колхоза.

Однако, сполна насладиться жизнью на «гражданке», а тем более,  отдохнуть на пенсии ему не довелось. Четыре тяжелых ранения и подхваченный на фронте туберкулез подорвали защитные силы организма – в 57 лет отец умер. На похоронах гвардии подполковника Близнюка стояли офицеры военкомата. По их команде автоматчики дали залп на гражданском кладбище.

Николай Близнюк

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *