К юбилею Почетного гражданина города-курорта Кисловодска ВИТАЛИЯ ЛАЗАРЕВИЧА ХАРИНА. Созидатель

К юбилею Почетного гражданина города-курорта Кисловодска ВИТАЛИЯ ЛАЗАРЕВИЧА ХАРИНА

Созидатель

Дом, в котором я живу, школа, которую окончила моя дочка, больница, где меня поставили на ноги после инсульта – всё это и многое-многое другое появилось в городе-курорте Кисловодске благодаря Виталию Лазаревичу Харину.

Я от всей души поздравляю его с 85-летием и в ответ чувствую крепкое рукопожатие.

Виталий Лазаревич улыбается и раскрывает секрет своего необычайно плодотворного долголетия:

– Я по сей день в строю потому, что с юности закалён трудностями.

А испытаний на долю Почётного гражданина Кисловодска Виталия Лазаревича Харина выпало столько, что за глаза хватило бы на несколько судеб.

Всем домом – в одну квартиру, чтобы согреться

Виталий Харин – строитель города-курорта во втором поколении. В 30-е годы его родители приехали из Воронежской области в Кисловодск по оргнабору – возводить санаторно-курортные объекты для трудящихся молодой страны Советов.

Его папа и мама – хорошо образованные люди, бухгалтеры. Такие специалисты были весьма востребованы, поэтому им сразу выделили комнатку в бывшем барском особняке в самом центре курорта, где уже теснились в коммуналке два десятка семей.

В верхней части улицы имени Клары Цеткин любознательные кисловодчане и гости курорта наверняка обращали внимание на дом, запелёнутый зелёной строительной сеткой. Уж больно замысловато изогнута его коричневая железная крыша. Такими навершиями на рубеже XIX и XX веков любили украшать здания на западно-европейских курортах и по их примеру – на Кавказских Минеральных Водах.

В 1936-м году в этом доме у супругов Хариных родился первенец – Виталий. А через пять лет разразилась самая страшная в истории человечества война.

Виталий Лазаревич вспоминает:

– Отца призвали в армию, а я, младшая сестренка и 74-летняя бабушка остались на плечах мамы. Жили трудно. Мне особенно запомнился холод в квартире. Централизованного отопления не было. Мама и другие женщины из нашего дома, чьих мужей призвали в армию, собирались и шли за город рубить деревья. Затем на себе притаскивали их во двор. Вместе пилили, кололи. Поэтому дорожили каждым чурбачком и поленцем. Поочередно топили то в одной квартире, то в другой. Чтобы согреться, там собирались все жильцы дома.

Отец Виталия тем временем сражался на передовой. Лазарь Харин служил старшиной в пехоте. Был тяжело ранен, но выздоровел и дошёл до Берлина. За героизм, проявленный в боях с фашистами, его наградили весьма почитаемым среди фронтовиков орденом Красной Звезды и многими медалями.

После войны Лазарь Харин вернулся в Кисловодск и продолжил работать бухгалтером.

На большой перемене – кусочек чЁрного хлеба

В 1944 году, когда ещё шла война, Виталик Харин поступил в школу. Это была мужская семилетка на улице Дзержинского. Ныне в бывшем здании школы располагается лаборатория Курсовета.

Виталий Лазаревич всплёскивает руками:

– Какая учёба? Все думали только о том, когда же наступит большая перемена. Тогда в класс приходила женщина с подносом, на котором лежали маленькие кусочки чёрного хлеба, и на каждом – ложечка повидла.

Нам, пацанам, есть хотелось всегда. Поэтому после школы мы «обносили» все окрестные сады. А когда и там ничего не находили, то жарили траву «баранчики».

Даже при таком режиме учёбы семь классов Виталий Харин окончил лишь с одной четверкой – уже тогда проявились незаурядные способности подростка.

Старшие классы Виталий учился в мужской школе №12. Так тогда называлась нынешняя школа №1. А неподалёку в женской школе училась симпатичная девушка Наташа.

– Тогда было модно носить портфель понравившейся девочки. Встречались мы и на вечерах, которые устраивали в школе под неусыпным бдением дежурного преподавателя. Молодёжи хотелось танцевать фокстрот и танго, но они были под за­претом. Тогда мы «скидывались» и незаметно передавали мелочь баянисту. Он играл танго, а мы «запудривали мозги» дежурному преподавателю: мол, это новый медленный вальс.

Так Виталий и Наташа дружили до окончания школы, после чего их дороги на некоторое время разошлись: она поступила в Киевский политехнический институт, а он…

В Заполярье, к подводным лодкам

Виталий Харин, несмотря на все трудности и невзгоды, окончил школу с серебряной медалью. Перед ним открывался широчайший выбор. Мог поступить практически в любой вуз не только на Ставрополье, в Краснодаре или Ростове, а и в столице.

Однако юноша выбрал высшее мореходное училище в Мурманске.

И сегодня, спустя 67 лет после того абсолютно самостоятельного решения, в рабочем кабинете генерального директора ЗАО «Санаторий «Кругозор» Виталия Лазаревича Харина стоят модели кораблей. Напоминают о молодости, да и просто:

– Люблю я их!

Нетрудно представить каково поначалу приходилось парнишке с южного курорта в Заполярье. За предыдущую жизнь он видел сплошной снеговой покров в родном Кисловодске лишь по нескольку дней в году. А всю остальную зиму – либо полурастаявшую снежную кашу, либо сухой асфальт под ослепительным горным солнцем.

А тут – полгода полярная ночь и снег лежит девять месяцев кряду.

Да и нравы в мореходках – не то что в других гражданских вузах. Наверняка, южанину из интеллигентской семьи однокурсники не раз устраивали «проверки».

Так ради чего всё это?

– И Заполярье, и мореходка, – всё только ради того, чтобы испытать себя, – твёрдо говорит Виталий Лазаревич, отметая все мои иные предположения.

Кисловодчанин оказался «крепким орешком». Он не только выдержал все испытания, а и стал одним из лучших по успеваемости. В итоге – красный диплом Мурманского высшего мореходного училища. И возможность получить распределение даже в Ленинград.

А он выбрал секретный док подводных лодок неподалёку от Мурманска.

– Перевесил патриотизм. В то время ударными темпами формировали Северный военно-морской флот. В нем особую роль отводили подводным лодкам. Командовали ими и участвовали в дальних походах исключительно военные моряки. Но среди тех, кто проектировал, строил и ремонтировал подводные лодки, были в основном гражданские. Мы все давали подписку о сохранении в строжайшей тайне всех деталей нашей работы.

Так инженер Виталий Харин три года ремонтировал подводные лодки на СРЗ №35 ВМФ. А он уже был семейным человеком и даже молодым отцом.

Все те годы, пока Наташа училась в Киеве, а Виталий – в Мурманске, они переписывались, на каникулах встречались в родном Кисловодске. Там же расписались и сыграли свадьбу.

Но оба понимали, что жить на два дома в разных концах страны – это не есть нормально. Тем более, когда уже есть сынишка Алёша. Наконец Наталья решилась – приехала в Заполярье и стала изо всех сил создавать уютное семейное гнездышко.

Увы, сил у южной женщины оказалось недостаточно, чтобы противостоять кромешной тьме полярной ночи, бесконечной пурге и лютым морозам.

Наталья и маленький Алёша стали болеть. И чем дальше – тем чаще и тяжелее… Врачи были непреклонны: Наталье с сыном больше нельзя оставаться в Заполярье!

Перед Виталием встала дилемма: либо очень важная и интересная работа – либо семья?

Он выбрал семью. И Харины вернулись в родной Кисловодск. Выпускница политехнического института Наталья Фёдоровна устроилась технологом на Нарзанный завод. И проработала там до пенсии.

Виталий полгода «перекантовался» на том же Нарзанном заводе, а затем решил переквалифицироваться в строители и устроился инженером в СМУ-4.

А поскольку он привык всегда быть лидером, то заочно поступил в Ростовский инженерно-строительный институт, чтобы получить высшее образование и в той сфере деятельности, которую выбрал в на малой родине.

Учёба давалась легко, однако получить диплом он не успел – случилась беда, которая стала очередным тяжёлым испытанием в судьбе Виталия Харина.

«Я знаю – Харин взорвался на подводной лодке»

После долгой задушевной беседы в кабинете я прошу Виталия Лазаревича, чтобы кто-либо из сотрудников показал мне парк санатория «Кругозор», о котором слышал восторженные отзывы.

Гендиректор передаёт мою просьбу главному врачу санатория Ирине Муратовне Мисиковой, однако ж и сам вместе с нами спускается по лестнице со второго этаже и шагает по крутым терренкурам через всю территорию здравницы.

Меня мучают угрызения совести. Я знаю, с каким трудом и через какую боль он совершает эту прогулку.

То, что Харин сильно хромает, уже давно известно всем кисловодчанам. А вот о причинах хромоты ходят разные слухи.

В прошлом секретарь Кисловодского горкома партии, а ныне председатель городской Думы Любовь Николаевна Волошина лично знает Виталия Лазаревича 54 года. Она с усмешкой рассказывает:

– Пришла недавно ко мне на прием женщина и заговорила о Харине: «Ведь он же взорвался на подводной лодке!» Все мои возражения она категорично отметала: «Я это точно знаю!»

Иные причиной сильной хромоты считают врождённое заболевание. Хотя стоило бы задуматься: как бы его с таким заболеванием приняли в мореходное училище?

Поэтому давайте узнаем истину из первых уст.

– Участки СМУ-4 были во всех городах Кавминвод. В марте 1967 года мы ехали на один из них. Снег, скользкая дорога. В посёлке Подкумок водитель резко затормозил – машину закрутило. Я сидел сбоку, и весь удар встречного автомобиля пришёлся в меня.

В результате – сложнейший перелом шейки бедра. В то время искусственных суставов ещё не было. Лишь гений ортопедии Гавриил Абрамович Илизаров в городе Курган сумел «замкнуть» мне сустав.

На то, чтобы прошла боль, и я научился нормально ходить, потребовалось два года.

На этом испытания физической болью для Виталия Лазаревича не закончились. Спустя почти два десятка лет случилась вторая авария:

– В ноябре 1988 года, когда уже работал в пансионате «Кругозор», я провожал «высоких» гостей в аэропорт Минеральные Воды. На обратном пути водитель зазевался, и машина выскочила на «встречку». Чтобы избежать лобового столкновения, он развернул машину боком. Как раз тем, где сидел я. Ударом встречного автомобиля мне сломало три ребра, раздробило плечо и ту ногу, которую «собирал» Илизаров. Снова пришлось два года восстанавливаться.

Поэтому то, что сейчас Виталий Лазаревич ходит без посторонней помощи и даже без костылей, можно считать чудом.

Раздробленные тазобедренный и коленный суставы – это не всё, с чем пришлось бороться Виталию Харину. Бывший градоначальник пережил столько всевозможных стрессов, что однажды сердце не выдержало – инфаркт!

Чтобы устранить его последствия, в 2013 году Виталий Лазаревич перенёс сложнейшую операцию на открытом сердце.

– В кардиологическом центре в Астрахани мне вскрыли грудную клетку. Из ноги извлекли вену. Разрезали её на четыре шунта. И каждый пришили к сосудам возле сердца так, чтобы обойти «забитые» участки и восстановить кровоснабжение. Диаметр сосудов, к которым пришивали шунты, – три миллиметра. Представляете, насколько это сложная операция!

Месяц назад я ездил на обследование – все четыре шунта работают.

По всем ступеням вертикали власти

Виталию Лазаревичу явно не хочется говорить о своих болезнях, и я меняю тему.

Пытаюсь разузнать, как он стал самым успешным в истории Кисловодска председателем горисполкома…

– В существовавшей в СССР системе управления человек должен был пройти все ступени вертикали власти. И каждая становилась для него испытанием. Если полностью справлялся – поднимали выше по партийной линии, если не совсем – переводили на советскую или профсоюзную работу, если вовсе не справлялся – исключали из резерва управленцев.

Когда Виталий Харин работал в СМУ-4, его заметили в горкоме партии и предложили должность инструктора отдела пропаганды и агитации.

Два года присматривались, после чего назначили заведующим промышленно-строительным отделом горисполкома.

Три года Виталия Харина проверяли на этой ступеньке вертикали власти. Когда убедились, что справляется, перевели на более высокую ступень – заведующим промышленно-транспортным отделом горкома партии.

Ещё одно трёхлетнее испытание – и в мае 1977 года бюро горкома партии решило, что Харин способен справиться с обязанностями заместителя председателя горисполкома.

Всё это время параллельно с ним по ступеням вертикали власти в Кисловодске поднималась Любовь Волошина. Вот как Виталий Лазаревич вспоминает те годы:

– Мы познакомились, когда я был инструктором горкома партии, а она – вторым секретарём горкома комсомола. Стройная, красивая девушка. Я и другие инструкторы горкома партии были намного старше. Поэтому подшучивали над ней, шухарили.

Вскоре Любовь Волошину избрали первым секретарём горкома комсомола, а затем назначили заведующей отделом пропаганды горкома КПСС. То есть, прямым руководителем инструкторов, подшучивавших над ней. Тут уж она отыгралась, пошухарила над нами.

Сама Любовь Николаевна так рассказывает о том периоде своей работы в горкоме партии:

– У нас не было деления на начальника и подчинённых. Работали единой командой. А что касается шуток… Просто мы на службе не застёгивали все пуговицы сюртука, а оставались нормальными озорными людьми.

В 27 лет Любовь Волошину избрали секретарём Кисловод­ского горкома партии – самым молодым секретарем ГК КПСС в Советском Союзе.

А спустя три года и Виталий Харин стал заместителем председателя горисполкома. Поскольку его непосредственный руководитель, Михаил Иванович Чернявский, часто болел, то в течение четырёх лет Виталий Лазаревич раз за разом исполнял обязанности председателя горисполкома. И успешно справлялся.

Все так привыкли, что Харин фактически руководит городским хозяйством, что когда в марте 1980 года бюро горкома партии решило назначить его председателем горисполкома, это восприняли как нечто само собой разумеющееся.

В это время происходили судьбоносные для Кисловодска события, и в системе местной власти нужен был человек, глубоко знающий городское хозяйство.

От канализации – до Госдачи

На верхнем этаже пятого корпуса санатория «Кругозор» Виталий Лазаревич устроил столовую с панорамными окнами. Вкушая салаты, отсюда можно любоваться почти всем городом и его окрестностями.

В частности, въездным районом Кисловодска. Его «визитная карточка» – два 16-этажных и пять 12-этажных жилых домов (в одном из которых живу я).

Вот как они появились на курорте:

– В конце 70-х – начале 80-х годов было принято три постановления Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК КПСС о развитии Кисловодска, – рассказывает Виталий Лазаревич. – Кроме того, мы «пробили» в бюджете страны строку «Ставропольский край и город Кисловодск».

Так что денег у города было много, но крайне не хватало строительных материалов. Мощности Пятигорского завода ЖБИ было недостаточно, чтобы обеспечивать все города Кавминвод.

И тогда мы поехали в Кишинёв. Позаимствовали там объёмно-переставную опалубку, с помощью которой построили два первых 16-этажных жилых дома во въездном районе.

Затем я записался на приём к председателю Моссовета Промыслову и сказал ему: «В Кисловодске у вас есть санаторий «Родник». Помогите городу. Ваши специалисты разработали для сейсмических районов Армении специальные высотные дома. Подарите несколько штук Кисловодску!» Промыслов тут же принял решение: «Давай письмо от горисполкома!» Вскоре в Кисловодск приехали панели 12-этажных домов и московские монтажники, которые их собрали.

При градоначальнике Харине в Кисловодске построили ещё несколько многоэтажных жилых домов, котельные во всех микрорайонах, общеобразовательные школы и детские сады, музыкальную школу, спортивную школу «Старт», салон красоты «Улыбка», санатории «Родник», «Химик» (ныне «Россия), «Крепость», водопроводные и канализационные сети, а также столько телефонных станций, что полностью ликвидировали очередь на установку телефонов.

Очень много сил и нервов у председателя горисполкома и других руководителей города отняло строительство Госдачи для отдыха членов Политбюро ЦК КПСС, вплотную примыкающей к Курортному парку, и санатория имени 27 съезда КПСС (ныне «Заря»). Инспектировавший объект управляющий делами ЦК КПСС Павлов даже во всеуслышание изрёк: «По тому, как строите этот санаторий, мы будем оценивать отношение руководителей Кисловодска к Центральному комитету КПСС».

Приходилось чуть ли ни каждый день «в ручном режиме» снимать людей и технику с других срочных объектов и направлять на Госдачу и санаторий ЦК.

Как бы там ни было, но справились – в сжатые сроки построили объекты государственного значения.

Однако самым большим своим достижением на посту председателя горисполкома Виталий Лазаревич считает строительство Центральной городской больницы и поликлиники на улице Кутузова.

– Объект настолько большой, сложный и дорогостоящий, что пришлось несколько раз ездить в Министерство здравоохранения, пока удалось «пробить» этот проект для Кисловодска.

Кроме того, я поставил задачу создать в этом районе целый «лечебный городок». Рядом с ЦГБ мы построили медучилище, роддом и гинекологию, инфекционную больницу.

В 1987-м году ЦГБ сдали в эксплуатацию. Планировали в ближайшее время достроить Дом культуры медработников, «вывести» из центра города кожвендиспансер, туберкулёзную больницу…

Поэтому многие кисловодчане опешили, когда в июне 1988-го года узнали, что Виталий Харин написал заявление с просьбой освободить его от занимаемой долж­ности по собственному желанию.

Нашла коса на камень

Виталий Лазаревич так объясняет очередной крутой поворот в судьбе:

– Я всегда имел своё мнение, а это кое-кому не нравилось. Особенно тогдашнему первому секретарю крайкома КПСС Ивану Сергеевичу Болдыреву.

Первый раз «коса нашла на камень» ещё в 1985-м году. Харина как члена бюро горкома партии пригласили на представление нового первого секретаря Кисловодского горкома партии Земцева. Перечисляя достоинства Николая Ивановича, первый секретарь крайкома партии подчеркнул, что он не только партийный руководитель, а и опытный хозяйственник. Мол, для Кисловодска это очень важно, потому что здесь не всё в порядке в коммунальном хозяйстве.

– Я не сдержался и спросил: «Иван Сергеевич, а что конкретно не в порядке в коммунальном хозяйстве Кисловодска?» В ответ он только посмотрел на меня испепеляющим взглядом».

Впоследствии Виталий Харин ещё несколько раз посмел перечить Ивану Болдыреву.

Затем крайком партии принял решение направить от каждого города и района по 30 рабочих на строительство Прикумского завода пластмасс. Хотя в самом Кисловодске остро не хватало строителей, председатель горисполкома пунктуально выполнил решение крайкома. Однако в дороге у одного из строителей случилось острое расстройство желудка. Он вышел из автобуса в туалет, а затем вернулся домой.

То, что на ударную стройку приехало только 29 кисловодчан, первый секретарь крайкома расценил как очередной вызов ему со стороны председателя горисполкома Харина.

До предела отношения Болдырева и Харина обострились в период пресловутой компании по борьбе с пьянством. Виталий Лазаревич вспоминает:

– Президиум Верховного Совета СССР принял Постановление и к нему приложение, где было расписано: на каком расстоянии от детского сада, промышленного предприятия, лечебного учреждения допустима реализация спиртных напитков, а также –  на сколько тысяч населения должен быть ресторан или кафе.

Я – человек дисциплинированный. На весь город мы оставили один ресторан, одно кафе и четыре магазина, где торговали спиртными напитками. Все расстояния от них до предприятий и лечебных учреждений измерили по спидометру автомобиля. Они точно соответствовали цифрам, указанным в приложении к Постановлению.

Однако, в соседнем Пятигорске и в Ставрополе пошли дальше и почти полностью прекратили продажу спиртного. Тогда Болдырев дал команду вызвать меня на секретариат крайкома партии.

За столом сидят секретари и члены бюро крайкома, а Болдырев меня распекает: «Как вы дошли до такой жизни? Партия поставила задачу, а вы потворствуете пьянству!» Я не удержался и спросил: «Чем конкретно я потворствую пьянству?» Это окончательно взбесило Ивана Сергеевича. Он потребовал исключить меня из партии и снять с работы. Однако, некоторые члены бюро хорошо меня знали и вступились. В частности начальник КГБ встал и сказал: «За что его исключать из партии? Ведь он все сделал по закону».

Тем не менее когда мы с Николаем Ивановичем Земцевым возвращались в одной машине из Ставрополя в Кисловодск, то в 18 часов в выпуске новостей по радио услышали: «Бюро крайкома партии рассмотрело вопрос о безответственном отношении Кисловодского горкома партии и горисполкома к выполнению Постановления ЦК КПСС «О борьбе с пьянством» и объявило председателю гор­исполкома Харину строгий выговор». Уже на следующий день я подал заявление с просьбой освободить от занимаемой должности и ушёл из исполкома.

Благо людей с большим опытом хозяйственной работы очень ценили, и Виталия Харина сразу же пригласили на другую работу.

Райский уголок на месте пустыря

В начале 80-х годов ЦК КПСС принял Постановление, обязывавшее все министерства и ведомства заниматься оздоровлением сотрудников отрасли. И они ринулись в Кисловодск, Сочи и Ялту строить ведомственные санатории, пансионаты, пионерские лагеря и так далее.

Министерству транспорта РСФСР для реализации этой программы выделили в Кисловодске три гектара между проспектом Феликса Дзержинского и улицей Клары Цеткин. Транспортники отселили людей, снесли все ветхие дома, построили простенький пансионат и на этом остановились. Вот они и «положили глаз» на отставного председателя горисполкома.

Виталий Лазаревич вспоминает:

– Когда мне предложили возглавить пансионат и превратить его в полноценную здравницу, я потребовал месяц на раздумье.

Составил план развития по всем направлениям и с ним поехал в Москву. Мои предложения одобрили, и мы начали работать.

В 90-е годы, когда вокруг всё разваливалось, директор пансионата «Кругозор» начал строить по самым современным технологиям лечебный корпус. Многие считали это безумием, но Виталий Лазаревич чётко видел цель и упорно к ней шёл.

Постепенно простенький пансионат, где отдыхающие только ели и спали, превратили в высококлассный санаторий с полноценными диагностикой, профилактикой и лечением.

Как опытный организатор Виталий Харин еще в бытность председателем горисполкома считал ошибочным, когда главный врач становился к тому же и директором санатория:

– Он не успевает состояться как хозяйственник и в то же время за повседневными заботами и хлопотами утрачивает навыки врача. Поэтому мы старались во всех здравницах разделить две эти должности.

В «Кругозоре» Виталий Лазаревич Харин всю медицинскую часть передал в ведение выпускницы Ставропольской медакадемии Ирины Мисиковой.

Ирина Муратовна с гордостью показывает медицинские кабинеты в пятом корпусе санатория. В некоторых из них установлено оборудование, какого больше нет ни в одной здравнице курорта. Да и квалификация докторов, которые на нём работают, соответствует самым высоким запросам отдыхающих.

Мнения генерального директора и главного врача сошлись и в том, что отдыхающие должны иметь возможность полноценно отдохнуть, не выходя за пределы санатория. Для этого на месте пустыря разбили замечательные Верхний и Нижний парки. Их пересекает 800-метровый терренкур с внушительным перепадом высот.

Ирина Муратовна как врач поясняет:

– Пять кругов по этому терренкуру – и отдыхающий получает норму дневной физической нагрузки.

Да при этом ещё и наслаждается красивейшими композициями из экзотических растений, которые создают агроном Анна Щербакова и четверо работников её бригады.

…Зато богат правнуками

С супругой, Натальей Фёдоровной, Виталий Лазаревич прожил больше 40 лет. Дружившая с ними почти всё это время Любовь Николаевна Волошина рассказывает:

– Наташа была интересная женщина – и внешне, и внутренне. Когда у неё обнаружили рак кишечника, Виталий предпринимал невероятные усилия, чтобы вылечить её. Увы, не удалось.

Наташа умирала долго и мучительно, и Виталий всё это время очень переживал.

Виталий Лазаревич и Наталья Федоровна родили и воспитали двоих сыновей. Младший, Андрей, работает с отцом в «Кругозоре», а старший, Алексей, уже давно живёт в городе Изобильном.

Почему так получилось?

– Как председатель горисполкома я не имел морального права «отмазать» сыновей от армии. Поэтому оба служили «от звонка до звонка». Андрей – в Костроме и в Подмосковье. А Алексей – в Ставрополе. Там он встретил и полюбил девушку. Оказалось, что она родом из Изобильного. Вот после демобилизации из армии они и решили строить свою семейную жизнь в этом городе.

Благодаря им я очень богат правнуками. В Изобильном у меня четыре правнука и две правнучки. А месяц назад и Андрей стал дедушкой. Так что теперь у меня семь правнуков.

Готов и впредь работать на благо кисловодчан

Виталий Лазаревич Харин – депутат городской Думы Кисловодска третьего, четвёртого и пятого созывов. Он возглавляет, пожалуй, самую «беспокойную» в Думе постоянную комиссию «По вопросам городского хозяйства, строительству и архитектуре».

При непосредственном участии депутата Харина разработаны и приняты: Генеральный план; Правила землепользования и застройки города-курорта Кисловодска; Правила благоустройства территории городского округа; Нормативы градостроительного проектирования; Положение о порядке организации и проведения публичных слушаний по вопросам градостроительной деятельности в городском округе; Программа комплексного развития транспортной инфраструктуры города-курорта Кисловодска и другие нормативные акты.

В апреле 2020 года при участии депутата Харина разработан законопроект «О внесении изменений в Закон Ставропольского края «Об установлении границы муниципального образования – город-курорт Кисловодск Ставропольского края». Согласно ему к курорту присоединили ряд территорий, которые ранее входили в состав Предгорного района.

За заслуги в развитии местного самоуправления и в связи с 85-летием со дня рождения депутата Думы города-курорта Кисловодска Виталия Лазаревича Харина коллеги представили к награждению медалью «За за­слуги в развитии законодательства в Ставропольском крае».

В сентябре предстоят очередные выборы в законодательные органы всех уровней. В том числе и в городскую Думу Кисловодска.

– Виталий Лазаревич, вы намерены баллотироваться?

Если кисловодчане доверят, то я готов и впредь работать на благо города-курорта.

Николай БЛИЗНЮК.

Фото автора и из архива Любови ВОЛОШИНОЙ.

 

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *